Ответы вопрошающим


Некий мирянин:
— Как только я очищаю своё сознание от одной мысли, тут же появляется другая. В моём сознании постоянно появляются какие-то мысли. Что мне делать с ними?
Банкэй:
— Очищение сознания от возникающих [в нём] мыслей подобно тому, как если бы ты попытался смыть кровь кровью. Ты можешь смыть первоначальную кровь, но ты по-прежнему останешься загрязнён кровью, и до тех пор, пока ты будешь продолжать смывать кровь кровью, пятна крови никогда не исчезнут. Гак как ты не знаешь, что твоё сознание, изначально будучи нерождённым и неумирающим, является свободным от иллюзий, ты считаешь, что мысли твои существуют на самом деле и вращаешься в колесе перерождений. Тебе следует осознать, что мысли эфемерны и нереальны. Не притягивай и не отбрасывай их, пусть они приходят и уходят. Они подобны отражениям в зеркале. Светлое и чистое зеркало отражает всё, что бы перед ним ни предстало. Но отражение не остаётся в зеркале [при исчезновении отражаемого объекта]. Сознание будды в десять тысяч раз светлее любого зеркала, а поскольку оно наделено чудодейственной всёосвещающей силой, в свете его все мысли исчезают без следа

* * *

Некий монах:
— Я испытываю очень большие затруднения, пытаясь устранить из моего сознания все страсти и иллюзорные мысли. Что мне делать?
Банкэй:
— Представление о необходимости устранения иллюзорных мыслей тоже является иллюзорной мыслью. Изначально ни одна из твоих иллюзорных мыслей не существует. Ты сам творишь их из своих предвзятых представлений и привязанностей.

* * *

Некий монах:
— Вы учите людей, что им следует жить в Нерождённом. Мне кажется, что этим вы убеждаете их вести бесцельную и бессмысленную жизнь.
Банкэй:
— Ты называешь пребывание в Нерождённом сознании будды бессмысленным? Ты сам не находишься в сознании будды. Вместо этого ты всегда с воодушевлением работаешь над чем-то другим, делаешь то и это, тратишь всё своё время на то, чтобы превращать сознание будды в нечто иное. Что может быть более бессмысленным?
Монах ничего не ответил.
Банкэй:
— Живи в Нерождённом. Это вовсе не бессмысленно.

* * *

Некий монах:
— Жить в нерождённом сознании будды так, как вы говорите об этом, значило бы жить в состоянии неведения, быть совершенно бесчувственным.
Банкэй:
— А что если бы кто-то подошёл к тебе сзади и ударил тебя ножом в спину? Ты бы почувствовал боль?
Монах:
— Конечно, я бы почувствовал боль.
Банкэй:
— Значит, ты вовсе не бесчувствен, не так ли? Если бы ты был бесчувственным, то боли бы не было. Ты чувствуешь её, потому что ты не бесчувствен и никогда таковым не был. Доверься мне и живи в нерождённом сознании будды.

* * *

Некий мирянин:
— Говорят, что Вы можете читать мысли других людей. Правда ли это?
Банкэй:
— В моей школе нет места подобным странностям. Даже если бы я, благодаря нерождённости сознания будды, действительно обладал такой способностью, я не стал бы ей пользоваться. Люди думают, что я могу читать мысли, когда они слышат, как я обращаюсь с проблемами тех, кто приходит ко мне за наставлениями. Я не могу читать мысли. Я ни в чём не отличен от любого из вас. Если вы пребываете в сознании будды, что является источником всех присущих Буддам сверхъестественных способностей, все ваши проблемы разрешаются [сами собой] и всё находится в совершенной гармонии и без того, чтобы вам приходилось обращаться к подобным силам. Поэтому мне нет нужды заниматься всеми этими побочными делами. Всё, что необходимо истинной нерождённой Дхарме для того, чтобы полностью явить себя, — это прямое указание на вас и ваши жизненные проблемы.

* * *

Некий мирянин из провинции Идзумо поклонился Банкэю и спросил:
— Правда ли, что тот, кто достиг просветления, вот как вы, например, может видеть миры прошлого, настоящего и будущего так же легко, как если бы он глядел на свою ладонь?
Банкэй глянул на него и спросил:
— Ты заранее подготовил этот вопрос или он возник у тебя прямо сейчас?
Мирянин:
— Этот вопрос возник у меня не тогда, когда я задал его. Я подготовил его заранее.
Банкэй:
— В таком случае можно отложить его на потом. Прежде всего, ты должен познать самого себя. А до тех пор, пока ты не совершишь этого, как бы я ни описывал тебе, как выглядят эти три мира, ты не сможешь понять то, что я говорю, поскольку сам ты не видишь их. Если ты познаешь себя, то вопрос о видении или невидении трёх миров разрешится сам собой. Мне незачем рассказывать тебе о трёх мирах и тебе незачем просить меня об этом. Вместо того, чем тебе следовало заняться сегодня, обратившись к самой сути своей, ты приходишь сюда с никчёмными вопросами о том, о чём тебе на самом деле нет нужды спрашивать, и попадаешь мимо цели; ты направляешь свои усилия в неверном направлении. Это подобно тому, как если бы ты подсчитывал чьи-то деньги, зная, что сам ты не получишь из них ни одной монетки.
Послушай то, что я скажу тебе. Самое важное для тебя — познать самого себя. Если ты последуешь моим наставлениям и полностью удостоверишься в их истинности, ты станешь живым Буддой. Тогда ты поймёшь, как ты ошибался, когда носился вокруг да около с ненужными вопросами вроде того, что ты задал мне, и не станешь более направлять свои усилия туда, куда не следует.

* * *

Некий монах на протяжении двадцати лет практиковал дзадзэн с таким усердием, что даже спал урывками. Он прибегал к различным методам достижения просветления, но всё тщетно. Однажды он услышал о Банкэе и его учении и пришёл встретиться с мастером. Банкэй немедля преподнёс ему учение Нерождённого. Монах выслушал его и тут же пришёл к пониманию:
— Учения, подобного этому, не было никогда прежде. Теперь я вижу, что все эти годы я ошибался.
Банкэй:
— Даже двадцать лет упорной практики не сравнятся с одним словом «Нерождённое», что я сказал сегодня.
Монах:
— Да, Вы совершенно правы. Всё обстоит именно так, как Вы говорите.

* * *

Хатиробэ сказал:
— Буддийские учителя прошлого творили много удивительных чудес. А Вы, мастер, можете творить чудеса?
Банкэй:
— Что именно ты имеешь в виду?
Хатиробэ:
— Когда основатель школы Икко пребывал в Этиго, он попросил кого-то взять в руки лист бумаги и встать на другом берегу реки. Стоя на противоположном берегу, он направил кисть на этот лист бумаги, и на нём появились шесть иероглифов, составляющих имя Амиды. Люди называют это чудо Кавагоэ Мёго и испытывают к нему глубокое почтение.
Банкэй рассмеялся и сказал:
— Фокусники вытворяют штуки и почище этой. Упоминать таких людей здесь, в обители истинной Дхармы, — это всё равно что приравнять собак к людям.

* * *

Некий монах сказал:
— Я исполнен решимости стать Буддой. Я всего лишь хочу стать добрым человеком. Пожалуйста, мастер, дайте мне свои указания.
Банкэй:
— Ты пришёл издалека, чтобы встретиться со мной. У тебя добрые намерения, но все твои устремления иллюзорны. В твоём изначальном со знании нет никаких иллюзий, желаний или устремлений. Свободное от надежд и желаний, оно проясняет всё сущее своей всёосвещающей мудростью. Мысль о достижении состояния будды является причиной твоих затруднений. Но если ты осознаешь, что ты сам создаёшь эти надежды и чаяния, если ты будешь пребывать в нерождённом сознании будды и перестанешь противопоставлять себя всему сущему, твоя изначальная природа явит себя в своей истинной форме.

* * *

Однажды, после того как Банкэй закончил проповедь в храме Кориндзи, некий самурай, гордившийся своим умением в боевых искусствах, подошёл к мастеру.
— Я много лет тренировался в искусстве ведения поединка, — сказал он. — С тех пор как я овладел этим искусством, мои руки двигаются в совершенном согласии с моим сознанием. Теперь, если я столкнусь с противником, мой меч снесёт ему голову прежде чем он успеет поднять своё оружие. Это подобно тому Оку Дхармы, которым Вы обладаете.
— Ты говоришь, что в своём искусстве ты достиг совершенства, — сказал Банкэй. — Нанеси мне удар!
Самурай заколебался.
— Мой удар ты уже пропустил, — сказал Банкэй. От удивления самурай даже открыл рот.
— Я поражён, — вздохнул он. — Ваш удар быстрее молнии. Голова моя покатилась к Вашим ногам. Пожалуйста, мастер, научите меня основам Вашего дзэн. С каждым последующим приходом в Кориндзи уважение этого самурая к Банкэю возрастало. Когда Банкэй пребывал в Эдо, множество самураев приходили встретиться с ним. Все они сталкивались с его мощным натиском и становились его преданными последователями.

* * *

Зимой 1689 года монахи и миряне, среди которых было множество самураев и крестьян, собрались на зимний затвор в храме Санюдзи в Окаяма, что находится в провинции Бидзэн, чтобы получить наставления Банкэя. Каждый день все дороги, ведущие к Санюдзи, были переполнены пилигримами. Некий монах из расположенного неподалёку храма школы Нитирэн, преисполнившись зависти к Банкэю, прибыл на одно из собраний с двумя десятками своих последователей. Он вознамерился опозорить Банкэя и опровергнуть его учение. Когда Банкэй воссел на трон Дхармы для того, чтобы произнести проповедь, этот монах школы Нитирэна выступил вперёд и сказал:
— Многие люди, собравшиеся здесь, доверяют тебе и принимают твоё учение. Я не принимаю его. Так что же ты можешь сделать?
— Не подойдёшь ли ты немного ближе? — сказал Банкэй.
Монах подошёл ближе.
— Подойди ещё ближе, — сказал Банкэй.
Монах подошёл ещё ближе.
— Вот видишь, ты вовсе не идёшь против моего учения, — сказал Банкэй.
Монах удалился, не сказав больше ни слова.

Использованная литература


  Наши сайты:

• Сахаджа Йога. Самопознание
• Шри Матаджи - основатель Сахаджа Йоги
• Газета "Лотос"
• Медитация и здоровье

• Ислам и Сахаджа Йога
• Форум Сахаджа Йоги
• Притчи и афоризмы
• Библиотека духовной литературы