0%
 

Описание жизни царя Джанаки

Аштавакра-Гита

 

Глава 1

1.1. Джанака сказал: "Как приобретается знание? Как достигнуть освобождения? И что есть беспристрастность, которой надо достичь перед этим? Поведай мне об этом."

1.2-4. Аштавакра ответил: "Если вы ищете освобождение, мой дорогой, тогда избегайте объектов чувств так же, как избегаете яда. Откройтесь нектару терпимости, искренности, сострадания, удовлетворенности и правдивости. Вы не являетесь ни землей, ни водой, ни огнем, ни воздухом, ни даже эфиром. Желающий освобождения знает себя как Сознание, свидетеля этих пяти элементов. Только если вы, в отличие от вашего тела, остаетесь неизменным и спокойным в Сознании, наблюдая самого себя, только тогда вы станете счастливым, мирным и свободным от обязательств.

1.5-7. Вы не принадлежите ни к брахманам, ни к кшатриям, ни к какой любой другой касте, вы не проживаете какой-либо период, вы - не то, что видит ваш глаз. Вы единый и бесформенный, свидетель всего, всегда счастливый. Справедливость и несправедливость, удовольствие и боль имеют умственную, телесную природу, и теперь они никак не беспокоят вас. Вы не являетесь ни делающим, ни постигающим последствия дел; вы всегда свободны. Вы - отрешенный свидетель всего, и всегда полностью свободны. Причина неволи в том, что человек считает этого свидетеля чем-то другим, но это не так.

1.8-9. Когда вас кусала черная змея самомнения, вы глупо полагали: "я - делающий", но теперь вы пьете нектар ощущения, что "я - не делающий", и счастливы. Сожгите дотла лес невежества огнем понимания. Знайте: "я - одно чистое Сознание". Оставив пепел, будьте счастливым, свободным от страданий.

1.10-14. То, в чем все рождается, подобно веревке, которая кажется змеей. Вы являетесь радостью, высшим знанием и пониманием; теперь будьте счастливым. Если каждый думает о себе как о свободном, то он свободен, а если будет думать о себе как о несвободном, то и будет связанным. Истинны слова "медитация делает мысли реальностью". Ваша реальная природа - это единое, совершенное, свободное и бездействующее Сознание, это уникальный свидетель, отрешенный от чего-либо, без мирских желаний. Только благодаря иллюзии кажется, будто мы вовлечены в какие-то дела. Размышляйте о себе как о неподвижном Сознании, свободным от любой двойственности, оставив иллюзию, что Сознание - это лишь производное вас. Все внешнее или внутреннее ложно. Вы долго были пойманным в ловушке отождествления себя с телом. Разрежьте ножом знания эту ловушку, увидев, что "я есть сознание", и будьте счастливы, мой дорогой.

1.15-20. Вы, действительно, уже свободный и бездействующий, самосияющий и безупречный. Причина вашей несвободы в том, что вы все еще обращаетесь к непостоянному уму. Все лишь окружает и покрывает вас, потому что вы есть чистое Сознание, так не будьте недалеки. Вы - необусловленное и неизменное, бесформенное и неподвижное, непостижимое Сознание. Вы - невозмутимый, ибо это Сознание не привязывается. Признайте, что проявленное иллюзорно, в то время как непроявленное - истинно. Через это проникновение в Истину вы избежите повторного падения в нереальность. Также, как зеркало существует как предмет, отличающийся от отражений, так Всевышний существует, отличаясь от этой материи. Подобно тому, как одно и то же всеобъемлющее пространство существует в пределах и без них, так же вечное Бытие существует во всех предметах."

Глава 2

2.1-6. Джанака сказал: "Верно. Я совершенен и покоен, будучи Сознанием вне обычных причин и следствий. Я был пленен заблуждением. Поскольку я один даю свет этому телу, то я просвещаю мир. В результате, весь мир - мой, но, с другой стороны, ничто не принадлежит мне. Отрешившись от тела, мое истинное "я" внезапно стало очевидным. Так же, как волны, пена и пузыри не отличаются от воды, так все это, исходившее от меня, ничто другое, кроме как я сам. Так же, как ткань после исследования оказывается лишь нитью, так и все осознанное оказывается ничем другим, кроме как мной. Так же, как сахар сока тростника имеет тот же вкус, так и все исходившее от меня, полностью проникнуто мной.

2.7-10. Из-за невежества появляется мир, но благодаря знанию он перестает казаться вне меня. Так же из-за невежества вместо веревки кажется змея, но благодаря знанию больше так не кажется. Свет - это моя естественная природа, и я не являюсь чем-то предельным или чем-то отдельным. Когда мир бесконечно сияет, то причина в этом - я сам, бесконечно сияющий. Все эти иллюзии относительно меня происходят из-за невежества, подобно иллюзии змеи в веревке, или миражу воды в знойное время, или видению серебра в перламутре. Все, исходящее от меня, возвращается в меня, подобно траве, возвращающейся в почву, волне в воду и браслету в золото.

2.11-15. Как я замечателен! Слава мне, неуничтожимому, существующему даже после разрушения мира, от Брахмы до последней травинки. Как я замечателен, слава мне, уединенному! Даже в теле, я ни иду и не прихожу никуда; я пребываю всегда, заполняю все. Как я замечателен, слава мне! Нет никого столь же умного, как я! Я познал "все" и "всегда", даже без этого моего тела! Как я замечателен, слава мне! Я совершенно ничем не обладаю, но, с другой стороны, обладаю всем, к чему может обратиться и речь, и ум. Знание, познаваемое и знающий - все эти три аспекта не существуют в реальности. Я - безупречная реальность, в которой они кажутся из-за обусловленности невежеством.

2.16-25. Воистину, двойственность - это корень страдания. Нет никакого другого средства от страдания, кроме как понять, что все это видимое каждым - нереально, и что я являюсь одной совершенной реальностью, состоящей из Сознания. Я - чистое Сознание, хотя через невежество вообразил, что имею еще что-то, непрерывно отражая иллюзорные подобия, но на самом деле я - Невообразимый. Для меня нет ни обусловленности, ни освобождения. Иллюзия потеряла свою основу и закончилась. Истинно, все это существует во мне, хотя, в конечном счете, это даже не существует во мне. Я признаю, что все и в том числе мое тело - это ничто, в то время как мое истинное "я" - это чистое Сознание. И на что теперь способно мое воображение? Что до тела, небес и ада, неволи и освобождения, страха попасть под власть иллюзии тому, чья природа - Сознание? Воистину, я не ощущаю двойственности даже в толпе. Для чего здесь искать удовольствия, если мир - это пустыня с миражами? Я - не тело, не владелец тела. Я не являюсь живущим. Я - сознание. Моя жажда жизни была причиной моей неволей. Истинно, все это находится в безграничном океане меня самого, оживляемое красочными волнами миров, внезапно возникающих в ветре сознания. В безграничном океане меня стих ветер мысли. Этот мир теперь перестал быть привлекательным. Как замечательно наблюдать в безграничном океане меня самого за волнами живых существ, возникающих, сталкивающихся, играющих и исчезающих, согласно своей природе."

Глава 3

3.1-4. Аштавакра сказал: "Как может мудрый человек, подобно вам, обладающий самоосознанием истинно одинокого и нерушимого, чувствовать какое-то удовольствие в приобретении богатства? Истинно, только не зная самого себя, каждый ищет удовольствие в объектах иллюзорного восприятия, также как жадность к иллюзорному серебру возникает в том, кто не знает, что видит перламутр. Все эти прелести подобны волнам в море. Признавший истинную природу "я" будет ли управляем подобно имеющему потребности? Услышав о себе, как о чистом и в высшей степени прекрасном Сознании, будет ли он продолжать страстно желать чувственных целей?

3.5-8. Когда мудрец осознал, что каждый находится во всех существах, и все существа находятся в нем, удивительно, что при этом продолжает оставаться индивидуализм. Удивительно, что человек, достигший высочайшего состояния недвойственности и пребывающий в поиске Освобождения, все еще подчинен страсти и должен сдерживать желание совокупляться. Удивительно, что уже истощенный и хорошо знающий о том, что стремление к чувственным наслаждениям - это враг знания, все еще нетерпеливо жаждет похоти, даже приближаясь к своей могиле. Удивительно, что непривязанный к объектам этого мира, способный отличать постоянное от временного, нетерпеливо стремящийся к Освобождению, все еще вынужден переживать за свое Освобождение.

3.9-14. Несмотря на похвалу или критику в свой адрес, мудрый человек всегда помнит о высшей своей природе, а потому не радуется и не расстраивается. Великая душа видит даже в действиях собственного тела проявление кого-то еще, так зачем ему быть тронутым похвалой или критикой? Как же человек, наблюдающий этот мир как плод воображения, лишенный какого-либо интереса к нему, может чувствовать страх даже приближающейся смерти? Кого можно сравнить с одухотворенным человеком, чей ум свободен от желания, свободен от ожидания и разочарования, кто нашел удовлетворение в самоосознании? Как может человек, знающий, что все воспринимаемое - это ничто, полагать, что одну вещь следует принять, а другое отвергнуть? Для того, кто устранил привязанности, кто свободен от двойственности, от желания и отвращения, кто пребывает в себе, ничто не является причиной радости или страдания."

Глава 4

4.1-3. Аштавакра продолжил: "Несомненно, самоосознающий, играя в мирской жизни, никак не схож с тупыми ослами этого мира. Воистину, сосредоточенный в мистической йоге не чувствует никаких волнений, утвердившись в этом состоянии, пусть даже все Боги, начиная с Индры, тоскуют и печалятся. Он - знающий, незатронутый условиями, проявляющимися в соответствии с хорошими или плохими делами, так же, как неба не касается дым, сколь бы высоко он не поднялся. Что может помешать такой великой душе, познавшей весь этот мир, быть удовлетворенным? Из всех четырех категорий существ, от Брахмы до травинки, только человек знания способен к устранению стремления и отвращения. Редкий человек знает себя как неделимого Господа мира; никакой страх не приходит к тому, кто живет Истиной."

Глава 5

5.1-4. Аштавакра продолжил: "Вы не связаны ничем. От чего чистый человек, подобно Вам, должен отрекаться? Отстранившись от проблем тела, Вы можете пребывать в покое. Все исходит от Вас подобно пузырям из моря. Познав себя как единого, Вы можете пребывать в покое. Все находящееся перед глазами несущественно; все существующее в Вас не так безупречно, как Вы; все это как образ змеи в веревке, так что Вы можете пребывать в покое. Одинаковый в боли и в удовольствии, одинаковый в надежде и в разочаровании, одинаковый в жизни и в смерти, полный без недостатка, Вы можете пребывать в покое."

Глава 6

6.1-4. Аштавакра сказал: "Я бесконечен подобно всепроникающему воздуху, а мир похож на сосуд. Зная это, нет нужды отрекаться, принимать или прекращать что бы то ни было. Я подобен океану, в котором разнообразие вещей - это волны океана. Зная это, нет нужды отрекаться, принимать или прекращать что бы то ни было. Я подобен перламутру, а воображаемый мир подобен серебру. Зная это, нет нужды отрекаться, принимать или прекращать что бы то ни было. Я присутствую во всех существах, и все существа находятся во мне. Зная это, нет нужды отрекаться, принимать или прекращать что бы то ни было."

Глава 7

7.1-5. Джанака сказал: "В бесконечном океане меня мир блуждает здесь и там, управляемый собственным ветром. Я же не обеспокоен этим. Я позволяю волнам мира жить собственной природой, подниматься или исчезать в бесконечном океане меня самого. И мне от этого ни холодно, ни жарко. В бесконечном океане меня самого пребывает это воображение, называемое миром. Я же в высшей степени беспристрастный и бесформенный, и таковым остаюсь. Моя истинная природа не содержится в объектах, не заключается в действиях, бесконечна и безучастна, без желаний и спокойна, и таковым остаюсь. Воистину, я - чистое Сознание, а мир подобен иллюзиям фокусника. Тогда для чего мне воображать, будто здесь есть то, что можно принять или отвергнуть?"

Глава 8

8.1-4. Аштавакра сказал: "Несвобода - это, когда ум тянется за чем-то, огорчается относительно чего-то, отклоняет что-то, держится за что-то, чем-то доволен или чем-то рассержен. Освобождение - это, когда ум не привязан ни к чему, ничем не огорчен, ничего не отвергает и ни за что не держится, ничем не доволен и ни на что не рассержен. Несвобода - это, когда ум завяз в каких-то чувствах, а Освобождение - это, когда ум ни за что не цепляется. Когда нет "меня", тогда это освобождает, а когда есть "мое" тогда это приводит к неволе, к обусловленности. Осознавая это искренне, я не удерживаю и не отвергаю."

Глава 9

9.1-3. Аштавакра продолжил: "Обретенное понимание двойственности происходящего вокруг дает мгновенную возможность посредством отречения освободиться от обязанностей и достичь безразличия ко всему. Действительно, мой дорогой, редко встретишь столь удачливого человека, для которого наблюдение за вселенской драмой приводило бы к пропаданию желаний жить ради удовольствий и материальных знаний. Все здесь непостоянно и обусловленно тремя видами страданий. Осознав, что все здесь преходящее, презренно и заслуживает лишь безразличия, человек достигает покоя.

9.4-8. Существовало ли такое время, когда люди были недвойственны? Отказываясь от желания материальных приобретений, человек тотчас проявляет желание совершенствоваться. Кто останется безразличным к познанию и не будет стремиться к смирению, если он обнаружит несовершенство даже среди утверждений великих мудрецов, святых и йогов? Не тот ли является гуру, кто бесстрастен и хладнокровен, кто достигает полного знания природы сознания, и этим знанием ведет других из самсары? Если Вы анализируете окружающие события лишь не более, как преобразование элементов, то тогда сможете освободиться от всех обязанностей и укрепиться в собственной природе. Наши склонности - это самсара, так что, зная это, откажитесь от склонностей. Отказ от них приведет к отказу от самсары. И тогда вы сможете быть собой."

Глава 10

10.1-4. Аштавакра сказал: "Отказываясь от желаний, от враждебности, от стремлений к выгоде, от избегания потерь, от хороших дел, что являются причиной друг для друга, я практикую безразличие ко всему. Я рассматриваю друзей, землю, деньги, собственность, жену и наследство как сон или воображение. Везде, где есть желание, я вижу самсару. Укрепившись в бесстрастии, я свободен от желаний и счастлив. Обусловленность - это нечто иное, нежели желание, и его устранение мы называем как Освобождение. Когда мы не привязываемся к событиям вокруг, тогда постигаем вечную радость реализации.

10.5-8. Вы едины, сознательны и чисты, а все вокруг - инертно и непостоянно. Невежество, само по себе, есть ничто, так что же Вы пытаетесь осознать? Царство, дети, жены, тела, удовольствия - это все Вы теряете из жизни в жизнь, хотя сильно к ним привязаны. Хватит богатств, чувственности и хороших дел. В лесу самсары ум никогда не находил для себя удовлетворения. Сколько раз вы уже рождались с жестокими и болезненными обстоятельствами, с телом, с умом и речью? Теперь же, наконец, остановитесь!"

Глава 11

11.1-8. Аштавакра продолжил: "Каждый, осознавая, что бытие, небытие и перемены - это сама природа этого проявленного мира, может легко найти покой в своей неуязвимости и беспристрастности. В мире, где наши возможности ограничены, следует осознавать, что здесь все зыбко кроме Господа, Создателя всего, и это приведет к непривязанности ко всему. Понимая, что благосостояние и лишения в жизни сменяют друг друга независимо от него, такой человек преобретает удовлетворение, он становится способным управлять своими чувствами, и больше не испытывает любви или ненависти. Понимая, что удовольствие и страдание, рождение и смерть предопределены, и что желаемое не может быть достигнуто, такой человек остается бездействующим, и даже когда он действует, он не проявляет привязанностей. Понимая, что страдание всегда являются следствием несбывшихся желаний и мечтаний, и поэтому отвергнув все желания, такой человек избавляет себя от страданий и становится счастливым везде и всегда. Понимая, что "я - не тело, не владелец тела; я - Сознание," такой человек достигнет высшего состояния и больше не упадет до отождествления себя с такими сомнениями, как принять или отвергнуть что-то. Понимая, что "все от Брахмы до последней травинки находится только во мне", такой человек освобождается от неуверенности, становится незапятнанным в мире и равнодушным к достижениям или неудачам. Понимая, что весь этот изменчивый и разнообразный мир - это ничто, такой человек начинает использовать свое чистое восприятие, становится свободным от амбиций, как будто ничего вокруг не существует; и такой человек преобретает покой."

Глава 12

12.1-8. Джанака сказал: "Сначала я расстался со склонностью к физической деятельности, затем к длинным речам и, наконец, к домыслам; и это привело к тому, что теперь я самодостаточен. Не реагируя на звуки и деятельность других чувств, не поддаваясь собственному эгоизму, мой ум сосредоточен и более не отвлекается; и это привело к тому, что теперь я самодостаточен. Я осознал тот факт, что часто вследствие своей глупости и неадекватности человек стремится остановить свой ум; и это привело к тому, что теперь я самодостаточен. Я избавился от склонности от чего-то отрекаться или что-то принимать, я избавился от стремления получать удовольствия, что приводило к разочарованиям, о Брахман, и потому я теперь самодостаточен. Я перестал стремиться жить в обществе, перестал стремиться жить вне общества, перестал стремиться к медитации как к ошибочному способу устранения созданных умом объектов, и потому я теперь самодостаточен. Действия - это следствие невежества так же, как и отказ от действий возникает из-за невежества. Полностью признавая эту Истину, я теперь самодостаточен. Стремление осмыслить немыслимое пагубна для мыслящего, так что, отказываясь от такой практики, я теперь стал самодостаточным. Тот, кто достиг этого, достиг и цели жизни. Тот, кто обрел эту природу, сделал то, что должно быть сделано."

Глава 13

13.1-3. Джанака продолжил: "Внутренней свободы достичь не трудно, даже тому, кто имеет только набедренную повязку. Но я живу как хочу, не стремясь ни к отречению, ни к преобретению. Иногда происходят страдания из-за тела, иногда из-за языка, а иногда из-за ума. Отказываясь от всех обычных человеческих целей, я живу как хочу. Осознавая, что на самом деле ничего вокруг не происходит, я живу как хочу, совершая дела лишь тем, что присутствую в настоящем.

13.4-7. Мистики, отождествляющие себя с телом, упорны в соблюдении ритуалов или, наоборот, избегают каких-то действий, но я живу как хочу, отказываясь от привязанностей и не отрекаясь. Никакая выгода или потеря не касается меня, стоящего, идущего или лежащего, поэтому я живу как хочу, стою ли, иду или сплю. Я ничего не теряю в бездействии и не получаю ничего за счет усилий, поэтому я живу как хочу, отказавшись от успеха и проигрыша. Осознавая пагубность приятных объектов, я живу как хочу, отказавшись от приятного и неприятного."

Глава 14

14.1-4. Джанака продолжил: "Тот, кто по природе склонен к покою, кто думает о вещах без устремлений, тот освобожден от амбиций как пробудившийся от грез. Мои желания устранены, поэтому у меня нет имущества, друзей, врагов, чувств, Священных Писаний и других знаний. Осознав в себе высшую природу Свидетеля, природу Бога, осознав состояние безразличия к свободе или несвободе, я больше не чувствую склонности к Освобождению. Состояние того, кто пуст в покое, кто живет спонтанно, со стороны кажется состоянием сумасшедшего, но такое состояние может постичь и понять только тот, кто сам достиг такого состояния."

Глава 15

15.1-2. Аштавакра сказал: "В то время как человек с чистым умом способен достичь цели не по предписанию, другой же может искать знания всю жизнь и все еще оставаться невежественным. Освобождение - это безразличие к объектам чувств. Несвобода - это любовь к чувствам. Таково знание, а теперь поступайте как хотите. Преобретение этого знания красноречивого, умного и энергичного человека делает безмолвным, простым и пассивным, так что его стараются избегать те, для кого важны в жизни удовольствия и репутация.

15.3-6. Вы - ни тело, ни владелец тела, ни действующий, ни получающий последствия действий. Вы - вечное чистое Сознание, Свидетель, ни в чем не нуждающийся, так что живите счастливо. Желание и гнев - это следствие объекты ума, но ум не является вами, и он никогда не был вами. Вы – само Сознание, неизменное и безусловное, так что живите счастливо. Осознавший свое присутствие во всех существах и присутствие всех существ в самом себе, становится счастливым и свободным от ответственности и забот. Ваша природа - это Сознание, в котором все миры подобны волнам в море. Без сомнения, все это - Вы, так что освободитесь от беспокойств.

15.7-11. Имейте веру, мой дорогой, имейте веру. Не позвольте себе быть ввергнутым в заблуждения. Вы сами есть Господь, кому принадлежит это знание. Вы находитесь вне этой окружающей причинной обусловленности. Тело, имеющее чувства, стремится куда-то, или останавливается, или пребывает где-то, но Вы ни от куда не пришли и никуда не идете, так зачем о чем-то беспокоиться? Пусть ваше тело доживает до конца, или пусть оно помрет прямо сейчас, при этом что получаете или теряете вы, являющийся чистым Сознанием? Позвольте подниматься волнам этого мира и позвольте им спадать согласно своей природе, но вы - это огромный океан, и для вас в этих волнах нет ни выгоды, ни потери.

15.12-14. Мой дорогой, вы состоите из чистого Сознания, и мир не отделен от Вас. Так что кто, как и почему должен принимать или отвергать? Какие могут быть рождение, карма и ответственность в этом одном неизменном, едином, незапятнанном и бесконечном Сознании, которым вы являетесь? Что бы вы ни обнаружили - это является вами, и вы проявляетесь в нем. Как могут браслеты, цепочки и другие украшения отличаться от золота, из которого они сделаны?

15.15-20. Оставив понятия "я это" и "я не это", признайте, что все является вашим "я", и будьте безразличны и счастливы. Все объекты существует лишь из-за вашего невежества, на самом деле, существуете только вы один, и кроме вас никого нет ни в пределах самсары, ни вне ее. Зная о том, что все есть иллюзия, человек становится свободным от желаний, он воспринимает окружающее так, будто ничто не существовало и ничто не происходит. Существовало, существует и будет существовать в океане бытия только Одно. Для вас не существует обусловленности или освобождения. Живите счастливо и реализованно. Будучи чистым Сознанием, не тревожьте свой ум мыслями "за" и "против". Будьте в покое и оставайтесь счастливым внутри себя, будьте сутью радости. Полностью оставьте медитацию и в своем уме сконцентрируйтесь на пустоте, на ничто. Вы свободны по природе, так чего Вы достигнете в медитации?"

Глава 16

16.1-2. Аштавакра продолжил: "Мой дорогой, вы можете рассказывать или слушать бесчисленное количество Священных Писаний, но вы не будете самодостаточным, пока не забудете их все. Как образованный человек, вы можете получать удовольствие от дел, от имущества, от медитации, но ваш ум будет все еще далек от исчезновения желаний, от того, чтобы быть вне объектов внимания.

16.3-5. Любой человек испытывает страдания из-за прикладывания собственных усилий, но никто не понимает этого. Просто следуя этому пониманию, мудрый достигает покоя. Но успех не будет также и на стороне того ленивого человека, для кого даже открыть или закрыть глаза является проблемой. Когда ум освобожден от таких пар противоположностей как "я сделал это" и "я не сделал это", тогда становятся безразличными результаты действий, богатство, чувственное удовлетворение и освобождение.

16.6-8. Один человек может быть воздержан и не склонен к чувственности, а другой может быть жаден и привязан к чувственности, но, кто свободен от приятия и отречения, тот не будет являться ни воздержанным, ни жадным. Пока остается желание, которое является следствием состояния недостаточного осознания, тогда остается и чувственное отвращение и чувственная привлекательность; в этом и сосредоточены корень и побеги самсары. Желание зарождается из-за привычки, отвращение зарождается из-за воздержания, но мудрый человек подобно ребенку свободен от этой пары противоположностей, и благодаря этому он становится самодостаточным.

16.9-11. Страстный человек желает избавиться от самсары, чтобы избежать страданий, но беспристрастный человек нигде не испытывает страданий и нигде не чувствует беды. Человек, гордящийся чем-то, например, своим телом или пусть даже своим Освобождением, который считает это своей собственностью, на самом деле не является мудрецом или мистиком. Такой человек все еще остается быть страдальцем. Даже если Шива, Вишну или лотосорожденный Брахма были вашими Гуру, но пока вы не оставили все, вы не можете быть самодостаточным."

Глава 17

17.1-3. Аштавакра сказал: "Тот, кто удовлетворен, у кого чувства очищены, кто всегда наслаждается одиночеством, тот получил плоды знания и практики йоги. Познавший Истину никогда не беспокоится в этом мире, он полон собой во всем мире. Ни одно из чувств не удовлетворит того человека, кто нашел удовлетворение в самом себе, подобно тому, как листья винограда не дадут удовольствия слону, которому нравятся листья манго.

17.4-7. Трудно найти человека, который не привязывается к приятным вещам, который не желает иметь вещи, приносившие ему наслаждение. Те, кто желают удовольствия или те, кто желают Освобождения, связаны в самсаре. Воистину, редок тот великодушный человек, который не желает ни удовольствия, ни Освобождения. Только возвышенный ум свободен от притягательности или от отвращения к религии, к богатству, к чувственности, к жизни и также смерти. Такой человек не испытывает ни желания устранить все это, ни побуждения продолжать все это, так что возвышенный человек живет счастливо и независимо от окружающих обстоятельств.

17.8-9. Человек, реализовавший это знание, с удовлетворенным и освободившимся умом, живет счастливо, просто наблюдая наблюдаемое, просто слушая слышимое, просто чувствуя чувствуемое, просто нюхая пахнущее и просто вкушая вкус пробуемого. Для кого океан самсары высох, для того нет привязанностей или отвращений. Такой человек непосредственен, свободен, действует непреднамеренно, и никогда ни за что не цепляется своими чувствами.

17.10-14. Для освобожденного ума, безусловно, высшее состояние находится во всем. Оно и во сне и в бодрствовании, оно доступно и с открытыми глазами и с закрытыми глазами. Освобожденный везде идеален, он свободен от всех желаний, все воспринимает хладнокровно и с чистым сердцем. Смотря, слушая, чувствуя, обоняя, пробуя на вкус, говоря и проходя, такая великая душа, действительно, свободна, так как освобождена от стремлений достичь или избежать чего-либо. Освобожденный человек свободен от желаний. Он и ни обвиняет и ни не обвиняет, ни хвалит и ни не хвалит, ни радуется и ни не радуется, ни разочарован и ни не разочарован, ни дает и ни не дает, ни берет и ни не берет. Когда возвышенный человек хладнокровен и не обеспокоен в ситуациях удовлетворения желаний или в ситуациях, связанных со смертью, тогда он истинно освобожденный.

17.15-20. Нет различия между удовольствием и болью, между мужчиной и женщиной, между успехом и провалом для того мудрого человека, кто наблюдает все как единое и равное. Нет жестокости или сострадания, гордости или смирения, уверенности или замешательства для того человека, которым больше не управляет рутина жизни. Освобожденный человек не избегает чувств, но при этом он и не привязан к ним. Он постоянно наслаждается в самом себе своим отделенным умом и в случаях достижения чего-то, и в случаях недостижения. Утвердившийся в абсолютном состоянии, со спокойным умом он не стремится ко внутреннему постоянству или к отсутствию внутреннего постоянства, не стремится к хорошему и недоброму. Свободный от понятий "мое" и "собственность", свободный от чувства ответственности, знающий о том, что ничего не существует, с погашенными внутри себя желаниями, он даже во время действия пребывает в бездействии. Тот, в ком растворена деятельность ума, достигает неописуемого состояния и свободен от умственных заблуждений, от мечтаний и от невежества."

Глава 18

18.1-4. Аштавакра продолжил: "Хвала Сознанию, благодаря которому само невежество становится чем-то нереальным, которое является чистым успехом, миром и светом. Можно получить всевозможное удовлетворение от приобретения объектов удовольствия, но невозможно быть счастливым иначе, кроме как отказом от всего. Какое может быть счастье для того, кто изнутри сожжен жаром палящего солнца желания достижений и не способен получить дождь нектара покоя? Такое существование есть лишь плод воображения. Оно бессмысленно в реальности, потому что у такого человека в душе нет способности различать истинное от иллюзорного.

18.5-10. Царство "истинного я" всегда рядом, но при этом оно не может быть достигнуто какими-то ограничениями своей природы. Оно невообразимое, легкое, постоянное и безупречное. Простым устранением заблуждения и признанием истинной природы живут свободные от страданий; они - те, чье видение безоблачно. Осознавая все вокруг только как плод воображения, а себя как вечно свободного, как такой мудрый человек будет вести себя как дурак? Осознав себя Богом, существующим и несуществующим только в воображении, что такой человек должен отвергнуть, изучать, говорить или делать? Такие представления, как "я - это" или "я - не это", покидают того мистика, который обрел осознание покоя, что "все есть я". Для мистика, постигшего такое смиренное понимание, больше нет какой-либо концентрации или отвлечения, возвышенного знания или невежества, какого-либо удовольствия и какого-либо страдания.

18.11-15. Для мистика, чья природа свободна от различения, нет различия во владении небесами или в нищете, в выгоде или в потери, в жизни в обществе или в лесном одиночестве. Нет религии, богатства, чувственности или различий для того мистика, который свободен от пары противоположности "я сделал это" и "я не сделал это". Нет никаких обязанностей или привязанностей в сердце для освобожденного, все это только для остальных. Нет заблуждений, вселенной, медитации на "То" или освобождения для умиротворенной великой души, все это только для царства воображения. Люди способны понять, что все это иллюзия, но не могут избавиться от желаний. Даже понимая это, никто не осознает это.

18.16-23. Тот, кто почувствовал Высший Брахман, может подумать: "Ах, теперь я - Брахман". Но что подумает тот, кто вне мысли и вне всякой двойственности? Тот, кто заметил свое отвлечение, может положить этому конец, но для возвышенного нет такой двойственности. Когда ему нечего достигать, что он делает? Мудрец, в отличие от мирского человека, не видит в себе внутреннего постоянства или, наоборот, отвлечения и ошибок, даже живя подобно мирскому человеку. Не совершает действий тот, кто свободен от бытия и небытия, кто удовлетворен, кто свободен от желаний, кто мудр, даже если в глазах всего мира он совершает действие. Тот мудрец, который лишь сопровождает своим вниманием то, что само собой просходит, не сталкивается ни с какими проблемами в деятельности или в бездействии. Тот, у кого нет желаний, самостоятельный, независимый и свободный от обязательств, подобен опавшему сухому листу, носимому ветром причинно-следственных связей. Нет ни радости, ни горя для того, кто стал трансцендентен к самсаре. Со смиренным умом он всегда и везде живет так, как будто у него нет тела. Тот, кто испытывает радость в себе, кто чист и спокоен, тот не стремится к отречению и не придает значения потерям.

18.24-26. Для человека с отрешенным умом, живущему в удовлетворении, нет такого состояния как гордость или ложное смирение, присущие обычному человеку. "Это действие было совершенно телом, но не мной," - чистый человек, рассуждающий таким образом, бездействует даже в действии. Он действует, хотя не способен объяснить, почему, не будучи при этом глупцом. Освобожденный, даже когда действует, даже когда в самсаре, счастлив и благословлен.

18.27-29. Тот, кто достаточно много пребывал в бесконечных размышлениях, а затем достиг покоя, не думает, не знает, не слышит и не смотрит. Тот, кто вне спокойного и беспокойного ума, тот не желает освобождения или его противоположности, не желает их даров. Осознав, что все является лишь плодом воображения, великая душа живет, как Бог, здесь и сейчас. Обычный человек чувствует ответственность за свои поступки, даже не совершая их, но нет никакого значения в содеянном или несодеянном для того мудрого человека, который свободен от чувства ответственности.

18.30-34. Ум освобожденного человека свободен от радости или печали. Он сияет, непоколебим, свободен от желаний и сомнений. Тот, чей ум не стремится к размышлениям или действиям, размышляет и действует без амбиций, устремлений. Глупец пребывает в замешательстве даже слушая Истину, но мудрец смиренно принимает все, даже если со стороны из-за этого кажется глупцом. Невежественный человек прилагает большие усилия, практикуя концентрацию и контроль ума, но мудрый не видит ничего, что должно быть сделано, а потому остается сосредоточенным внутри себя так, что со стороны может казаться полуспящим. Глупец не достигает прекращения действий, действуя ли или отказываясь от совершения действий, но мудрец пребывает в покое внутри себя, просто зная Истину.

18.35-39. Люди не в состоянии оценить себя сами - являются ли они чистым, полным, безупречным Сознанием, пребывающем вне двойственности. Глупец не способен достичь Освобождения даже посредством регулярной практики, но мудрец остается свободным и бездействующим просто благодаря различению. Глупец не достигает Всевышнего, потому что он хочет быть Им, в то время как мудрец наслаждается Верховным Господом, даже не желая этого. Стремясь к достижениям, глупец питает самсару, но мудрец уничтожает сам корень несчастья. Глупец не находит покоя, потому что желает этого, но мудрец отличает Истину и всегда смиренный.

18.40-43. Каким же может быть самоосознание того, чье знание зависит от видимого? Мудрый не видит ничего подобного, но он видит себя бесконечным. Как можно прекратить думать тому, кто стремится к этому прекращению? Но это вполне естественно для мудрого человека, удовлетворенного в себе. Кто-то полагает, что происходит что-то, а кто-то, что ничего не происходит. Но редкий человек свободен от таких рассуждений, а потому свободен и от сомнений. Недалекие люди рассуждают о себе, как о чистой недвойственности, но из-за этого заблуждения они ею не являются, а потому все время остаются нереализованными.

18.44-46. Ум человека, жаждущего Освобождения, не может найти покоя внутри себя, но ум освобожденного всегда свободен самим фактом отсутствия этой жажды. При обнаружении тигров чувств напуганный сразу прячется в убежище практики концентрации и прекращения мысли. Но в присутствии льва отсутствия желаний, слоны чувств смиренно убегают или же, если они не способны убежать, то льстиво служат своему хозяину.

18.47-48. Человек, свободный от сомнений, чей ум свободен от уныния и отвращения, не беспокоится о способах Освобождения. Наблюдает ли, слушает ли, чувствует ли, обоняет ли или пробует ли пищу, он всегда непринужден. Тот, чей ум чист и сосредоточен на восприятие Истины, не вовлечен ни в действия, ни в отказ от действий, ни в какие-либо причины для безразличия.

18.49-56. Чистый человек делает, что приходится, хорошее или плохое, чтобы реализоваться, подобный ребенку. Внутренней свободой достигается счастье, внутренней свободой достигается Высшее, внутренней свободой достигается отсутствие мысли, достигается окончательное состояние. Если не видеть себя делающим или получающим последствия, тогда стихают все волны ума. Заслуживает внимания спонтанное неотождествление мудрого, но не преднамеренная целеустремленная неподвижность дурака. Мудрый, избавленный от воображения, несвязанный, со свободным пониманием, может наслаждаться собой и посреди базара, и в горной пещере. В сердце мудреца нет привязанности и склонности, когда он видит или оказывает знаки уважения ученому мудрецу, святому месту, слуге, королю или другу. Мистик не выходит из равновесия, даже когда его оскорбляют насмешкой слуги, сыновья, жены, внуки или другие родственники. Довольный даже тогда, когда должен быть недовольным, не страдающий, даже испытывая боль. Только став таким, можно познать это замечательное состояние.

18.57-60. Ощущение ответственности и есть самсара. Мудрый, будучи пустым, бесформенным, неизменным и безупречным не замечает эту ответственность. Даже бездействующего дурака одолевает беспокойство, тогда как реализованный остается безмятежным даже во время выполнения дел. Счастлив стоя, счастлив сидя, счастлив спящим и счастлив пришедшим и идущим. Счастлив во время разговора и молчания, счастлив, принимая пищу и постясь. Такова его жизнь. Живя в своем доме подобно остальным мирским людям, будучи в себе, он не воспринимает несчастий повседневной жизни и остается безмятежным подобно большому озеру. Все печали уходят от него.

18.61-63. Даже воздержание от действия у глупца ведет к действию, тогда как даже действие мудрого человека приносит плоды бездействия. Глупец часто может показывать отвращение к собственности, но у того, кто оставил привязанность к телу, нет ни привязанностей, ни отвращений. Ум глупца всегда сосредоточен в размышлениях или в безмыслии, но мудрый человек имеет природу вне мыслей, потому что спонтанно думает о том, о чем приходится думать.

18.64-68. Для чистого мистика, подобного ребенку, без желания в любом действии, нет ничего привязывающего даже в выполняемой работе. Благословенен тот, кто знает себя, кто один и тот же во всех состояниях, с умом, свободным от стремлений, видит ли он, слушает ли, чувствует ли, нюхает или пробует. Мудрый человек не подвластен самсаре, чувству индивидуализма, цели или целенаправленным мыслям, он всегда свободен от мечтаний и неизменен как пространство. Тот, кто отказался от всех целей, великолепен, он - воплощение удовлетворения, его характер непосредственен и его внутренний мир основан на необусловленном. Такая великая душа, пришедшая познать Истину без желания удовольствия или освобождения, всегда и всюду свободна от привязанностей.

18.69-71. Что должен делать человек, кто является чистым Сознанием, кто отказался от всего, что может быть выражено в словах от самых высоких небес до земли? Чистый человек, испытавший Неописуемое, достигает мира собственной природы, понимая, что все здесь - это только иллюзия, это ничто. Нет никаких правил, беспристрастности, отречения или медитации для того, у кого чистое восприятие, кто не признает никаких стереотипов происходящего.

18.72-73. Для того, кто сияет сиянием Бесконечности и не подчинен естественной причинной связи, ничто не является ни обусловленностью, ни освобождением, ни удовольствием, ни страданием. До самореализации чистая иллюзия правит в самсаре. Просвещенный человек живет в красоте свободы от "я" и "мое", от чувства ответственности и от любых привязанностей.

18.74-78. Для мистика, осознавшего себя нерушимым и вне страдания, нет ни мирского знания, ни смысла в словах "я - тело" или "мое тело". Только человек низкого интеллекта оставляет деятельность, подобно прекращению думанья, посредством чего падает в умственную сумятицу и несуразицу. Глупец не избавляется от глупости, даже слушая Истину. Он может внешне казаться свободным от вожделения, но внутри он все еще желает объекты чувств. Человек, действующий благодаря знанию, не ищет занятия или разговора, хотя в глазах всего мира он кажется активным. Для мудрого человека, неизменного и бесстрашного, нет ни темноты, ни света, ни разрушения, ни чего бы то ни было.

18.79-82. Нет ни силы духа, ни благоразумия, ни храбрости для мистика, чья природа вне описания и кто свободен от индивидуальности. Нет ни небес, ни ада, ни даже освобождения в этой жизни. Для провидца в словах ничто не существует. Он ни стремится к имуществу, ни огорчен его отсутствием. Спокойный ум мудреца полон нектара бессмертия. Беспристрастный не хвалит хорошее и не обвиняет злое. Одинаково довольный и при боли и в удовольствиях, он не видит ничего, что нуждается в изменении.

18.83-85. Мудрый человек не ненавидит самсару и не стремится во что бы то ни стало к самопознанию. Свободный от удовольствия и нетерпения, он не мертв и он не жив. Мудрый человек выделяется свободой от нетерпения, без привязанности к детям или супруге, свободный от чувственных стремлений, и он даже не беспокоится о собственном теле. Всюду мир для мудрого человека, который живет на то, что само приходит, идет там, где можно идти, и ложится спать там, где застало его севшее солнце.

18.86-88. Позвольте телу взлетать или падать. Великая душа не думает об этом, забыв все о пребывании в самсаре, опираясь на истинность природы. Мудрый человек может быть рад собственному богатству и быть также без имущества, действует, как нравится, свободный от двойственности и избавленный от сомнений, он без привязанности к любому существу. Мудрый человек превосходит других состоянием неозабоченности о себе. Земля, камень или золото - все для него едино. У него развязаны узлы привязанностей сердца, так он освобожден от жадности и слепоты.

18.89-91. Кто может сравниться с удовлетворенным, с освобожденной душой, кто ни на что не обращает особого внимания и не имеет никаких желаний в сердце? Кто стремящийся без желаний, не знает, зная, видит, не видя, и говорит, не говоря? Он может быть нищим или царем, но он превосходит других;, он не имеет желания и его виденье избавлено от оценок "хорошего" и "плохого".

18.92-93. Нет ни недостойного поведения, ни достоинства, ни даже познания истины для мудреца, достигшего цели и реализовавшего бесхитростную искренность. Как и кем может быть описано то, что испытано освободившимся от желаний, свободным от страданий, удовлетворенным покоем в себе?

18.94-97. Мудрец, удовлетворенный во всех обстоятельствах, не спит даже в глубоком сне, не спит в мечтах, ни пробуждается, когда активен. Видящий истину находится без мыслей даже в размышлении, без чувств среди ощущений, не принимая даже в осознании и без него чувства ответственности даже к себе. Ни счастливый, ни несчастный, ни отрешенный, ни привязанный, ни стремящийся к Освобождению, ни освобожденный, не являющийся кем-то или никем. Не безумный в безумии, не стойкий с неподвижным умом, не глупый в глупости, не мудрый в мудрости.

18.97-100. Освобожденный человек хладнокровен во всех обстоятельствах и свободен от условности "выполненного" и "выполняемого". Он один и тот же везде и всегда, без вожделения. Такой не тревожится тем, что было сделано или не было сделано. Такой не доволен, когда хвалят, ни расстроен, когда обвиняют. Он не боится смерти, ни привязан к жизни. Человек с миром в душе не стремится в общество или в лес. Что бы то ни было и где бы то ни было, он остается тем же самым."

Глава 19

19.1-8. Джанака сказал: "Пинцетом осознания истины я сумел извлечь из своего сердца болезненный шип бесконечных ложных впечатлений. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет никакой религии, чувственности, имущества, философии, двойственности или недвойственности. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет никакого прошлого, будущего или настоящего. Нет никакого космоса или вечности. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет "моего" или "не моего", ничего хорошего или плохого, нет размышлений или отсутствия мыслей. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет воображения или глубокого сна, никакого пробуждения, ни другого состояния вне их, и, конечно, никаких страхов. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет ничего далекого и ничего близкого, ничего в границах или без границ, ничего большого и ничего маленького. Для меня, утвержденного в собственной славе, нет никакой жизни или смерти, никаких миров или объектов этого мира, ничего безумного и никакой неподвижности ума. Для меня, остающегося в себе самом, нет никакой потребности в разговоре о трех целях жизни, йоге или знании."

Глава 20

20.1-7. Джанака продолжил: "В моей чистейшей природе нет никаких элементов, никакого тела, никаких способностей, никакого ума. Нет ничего иллюзорного и никакого отчаяния. Для меня, свободного от понятия двойственности, нет никаких священных писаний, никакого самоосознания, никакого ума, свободного от объектов чувств, никакого удовлетворения и никакой свободы от желаний. Нет никакого знания или невежества, нет "я", "это" или "мое", никакой обусловленности, никакого освобождения и никакой собственной природы. Для того, кто всегда свободен от индивидуальности, нет никаких причин и следствий, никакого Освобождения в течении жизни, и никакого завершения в смерти. Для меня, свободного от индивидуальности, нет никакого "делающего" и никакого "терпящего" последствия, никакого прекращения деятельности, никакого возникновения мысли, никакой цели и никаких идей относительно результатов. Нет никакого мира, никакого поиска Освобождения, никаких мистиков, никаких провидцев, никто не ограничивает и никто не освобождает. Я остаюсь в собственной недвойственной природе. Нет никакого воплощения или инкарнации, никакой цели, средств, исканий или достижений. Я покоюсь в собственной недвойственной природе.

20.8-14. Для меня, всегда чистейшего, нет оценивающего, мерила, ничего, чтобы оценивать, или оценки. Для меня, всегда бездеятельного, нет никакой рассеянности или концентрации ума, никакого недостатка понимания, никакой глупости, никакой радости и никакого горя. Для меня, всегда свободного от суждений, нет ни обычной правды, ни абсолютной Истины, никакого счастья и никакого страдания. Для меня, кто вечно чист, нет иллюзии, самсары, привязанности или отречения, никаких живых существ и никакого Бога. Для меня, кто вечно недвижим и неделим, утвержден в себе самом, нет никакой деятельности или бездеятельности, никакого Освобождения и никакой обусловленности. Для меня, кто благословенен и безграничен, нет никакого инициирования или Священного Писания, никакого ученика или учителя, и никакой цели человеческой жизни. Нет бытия или небытия, никакого единства или двойственности. О чем еще здесь говорить? Ничто не исходит от меня."

вернуться в раздел "Индуизм"